![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
newsparkyОригинал взят у ![[livejournal.com profile]](https://www.dreamwidth.org/img/external/lj-userinfo.gif)
vladrink в Последние метры войны (ч.1)
"..по мотивам реконструкции в Киеве"
Остовы сгоревших машин, опрокинутые орудия, взорванные бронемашины... Мы покидали дома, которые ещё не успели отжить и земли, которые не смогли завоевать, и которые, казалось, никто и ничто не сможет вырвать из наших рук. Чёрный шлейф из пепла и непроницаемого смога расстелился от востока на запад, будто отмечая на карте наш маршрут, который не имел точки назначения, кроме той, что выберет для на сам Господь-Бог. В сущности, причин продолжать отступление, которое уже превратилось в стадию организованного бегства, было немного. Кто-то, шёл, чтобы обосноваться на родной земле и закрепиться на последних рубежах обороны, кто-то, чтобы просто увидеть родной Фатерлянд, хоть краешком глаза, может быть, в последний раз. Были и такие, кто предпочитал бежать на запад со всех ног, в надежде сдаться в плен англо-американцам, но большинству в этой изматывающей гонке с преследованием было все равно, где наконец-то закончится их боевой путь. Впереди нас шли десятки тысяч таких же, как и мы солдат, и столько же отступало в след нам, соприкасаясь с авангардными частями русских, и отбиваясь от них, покуда оставались силы...
1.
Самолёты с красными звездами на крыльях стали нашими постоянными спутниками. Когда мы покидали Германию, уходя на восток, в небе рябило от созвездий черных крестов на крыльях детищ фирм Юнкерса и Мессершмидта. Теперь настали иные времена, даже секретный самолет Мессершмидта не смог сдержать воздушные армады "томми" и хищных ястребов Сталина, преследовавших и клевавших нас весь путь с советских территорий.
2.
Кого только не было среди нас! Солдаты и офицеры, Вермахт и войска СС, фельджандармы и егеря, водители без машин и танкисты без танков. Даже летчики, и те отступали с нами. Разумеется, без самолетов...
3.
Даже в отступлении у некоторых есть преимущества перед остальными. Не счесть числа мотоциклам, обогнавших нас за время нашего пути, и каждый был одарен не менее, чем сотней завистливых взглядов запыленных пешим путём испытывающих жажду уставших солдат.
4.
5.
Грузовики также удостаивались неодобрительных взглядов и возгласов, но в гораздо меньшем количестве, так как в каждом из них находилось место для лежачих тяжелораненных в их последней надежде получить помощь в стороне от боевых действий.
6.
В районе города Грац мы пересекли территорию имения какого-то графа 18 века, чьи изрядно подпорченные бомбардировщиками наделы охраняли скульптуры двух гриффонов, выглядевших крайне недружелюбно. Вокруг царил беспорядок и разруха. Прежде плодородные поля и лужайки были испещрены сетью окопов и противотанковыми заграждениями. На краю воронок от разрыва авиабомб различались черные силуэты взорванных PAk-40, а где-то вдали замерли очевидно также подбитые танки.
7.
Система обороны явно укреплялась не одну неделю, хотя все понимали, что глобального значения на ход событий эта подготовка оказать уже не могла. Впрочем, и наступающие войска коалиции всё ещё были достаточно далеко отсюда, а здешние фермерские угодья не представляли сколько-нибудь большого интереса для стратегических бомбардировщиков.
8.
Артиллерия была представлена лишь противотанковыми пушками Pak40, истребители танков отсутствовали вовсе. Про помощь авиации мы успели уже забыть, и было неизвестно, оставался ли хоть один аэродром в руках наших войск.
9.
В небольшом лагере на парковой опушке нас наконец-то ждал небольшой отдых и ужин. Как видно, запасов провизии здесь хватало, и ни у кого уже не оставалось намерений сохранять её на длительное время.
10.
Создалось странное чувство, как будто, мы пришли сюда, спасаясь от войны и привели её за собой. Здесь были и воронки от взрывов и покореженная снарядами техника и мёртвые солдаты, но оставшиеся в живых как будто не замечали всего этого, ходя туда-сюда, не пригибаясь, сидя вне окопов или заснув на припекающем солнце.
11.
Как будто боги войны утомлялись бесконечным сражением и ложились на отдых, запрещая орудиям стрелять, а войскам наступать. Возможно, где-то позади нас стабилизировался фронт, и нас ждут еще один спокойный день, а может, и два. Стабилизировался... Когда-то, зимой 1941-го, я читал это слово в сводках, касающихся операции "Тайфун", ставившей задачей захват Москвы. Интересно, теперь, когда войска американцев с запада и русских с востока разрывают Рейх на части, сжимая кольцо вокруг Берлина, уместно ли применять по отношению к фронту слово "стабилизировался"?
12.
Многие поддавались этому "мирному" настроению, прогуливались в лесу в поисках подходящего дерева для костра или же просто созерцая красоту приальпийских лесов.
13.
14.
И лишь в организованном в блиндаже штабе царило напряжение. Радисты и шифровальщики отчаянно пытались собрать сведения о перемещениях вражеских войск, но те поступали всё в меньшем объеме. Кольцо сжималось...
15.
Среди солдат ходили слухи, что русские уже в Берлине, а фюрер застрелился в своем бомбоубежище, но они продолжали оставаться неподкрепленными официальными заявлениями слухами.
16.
Порядок был ключевым словом, даже в этой обстановке. Офицеры совещались и отдавали приказания, которые тотчас же исполнялись. Армия продолжала оставаться армией даже в минуты сложнейших испытаний в её судьбе.
17.
18.
Многие пытались в эти тягостные минуты прикоснуться к самым светлым моментам своей жизни, читали письма родных и разглядывали их фотографии, заботливо упакованные в конверты и грубую бумагу. Лица на снимках дарили улыбку и открывали дверь к воспоминаниям, греющим сердце и надежде.
19.
Но многие прекрасные воспоминания открывались и без фотографий. Более того, события эти происходили даже не в мирное время, а в период этой проклятущей войны. Холодной весной 1943 года, посреди распутицы и ненастий и постоянных перемещений нашего полка вдоль фронта, в один прекрасный вечер в расположение к нам спустились с небес три белоснежных ангела, и у каждой в руке была скрипка. Никогда не забыть мне ту импровизированную сцену из платформы грузового Опеля, и те мелодии, сыгранные для нас безымянными немецкими девушками.
20.
Каких только произведений не было исполнено ими за эти несколько часов. И классические композиции, и кое-что из солдатского репертуара. И, конечно, гимн!
21.
Но более всех тронула, конечно, «Лили Марлен»… Любимейшая, трогательная мелодия! Наверное, вся армия выучила её в 1941. Да что там армия, если «Лили Марлен» слышится даже с английских окопов! Был ли министр Пропаганды в здравом уме, когда призывал запретить эту мелодию, мне неведомо, но я посмотрел бы на его лицо, во время исполнения «Лили» в ту ночь, когда каждый, кто слышал исполнение трёх скрипачек представлял себя у той самой казармы, у того самого фонаря…
vladrink в Последние метры войны (ч.1)"..по мотивам реконструкции в Киеве"
Остовы сгоревших машин, опрокинутые орудия, взорванные бронемашины... Мы покидали дома, которые ещё не успели отжить и земли, которые не смогли завоевать, и которые, казалось, никто и ничто не сможет вырвать из наших рук. Чёрный шлейф из пепла и непроницаемого смога расстелился от востока на запад, будто отмечая на карте наш маршрут, который не имел точки назначения, кроме той, что выберет для на сам Господь-Бог. В сущности, причин продолжать отступление, которое уже превратилось в стадию организованного бегства, было немного. Кто-то, шёл, чтобы обосноваться на родной земле и закрепиться на последних рубежах обороны, кто-то, чтобы просто увидеть родной Фатерлянд, хоть краешком глаза, может быть, в последний раз. Были и такие, кто предпочитал бежать на запад со всех ног, в надежде сдаться в плен англо-американцам, но большинству в этой изматывающей гонке с преследованием было все равно, где наконец-то закончится их боевой путь. Впереди нас шли десятки тысяч таких же, как и мы солдат, и столько же отступало в след нам, соприкасаясь с авангардными частями русских, и отбиваясь от них, покуда оставались силы...
1.
Самолёты с красными звездами на крыльях стали нашими постоянными спутниками. Когда мы покидали Германию, уходя на восток, в небе рябило от созвездий черных крестов на крыльях детищ фирм Юнкерса и Мессершмидта. Теперь настали иные времена, даже секретный самолет Мессершмидта не смог сдержать воздушные армады "томми" и хищных ястребов Сталина, преследовавших и клевавших нас весь путь с советских территорий.
2.
Кого только не было среди нас! Солдаты и офицеры, Вермахт и войска СС, фельджандармы и егеря, водители без машин и танкисты без танков. Даже летчики, и те отступали с нами. Разумеется, без самолетов...
3.
Даже в отступлении у некоторых есть преимущества перед остальными. Не счесть числа мотоциклам, обогнавших нас за время нашего пути, и каждый был одарен не менее, чем сотней завистливых взглядов запыленных пешим путём испытывающих жажду уставших солдат.
4.
5.
Грузовики также удостаивались неодобрительных взглядов и возгласов, но в гораздо меньшем количестве, так как в каждом из них находилось место для лежачих тяжелораненных в их последней надежде получить помощь в стороне от боевых действий.
6.
В районе города Грац мы пересекли территорию имения какого-то графа 18 века, чьи изрядно подпорченные бомбардировщиками наделы охраняли скульптуры двух гриффонов, выглядевших крайне недружелюбно. Вокруг царил беспорядок и разруха. Прежде плодородные поля и лужайки были испещрены сетью окопов и противотанковыми заграждениями. На краю воронок от разрыва авиабомб различались черные силуэты взорванных PAk-40, а где-то вдали замерли очевидно также подбитые танки.
7.
Система обороны явно укреплялась не одну неделю, хотя все понимали, что глобального значения на ход событий эта подготовка оказать уже не могла. Впрочем, и наступающие войска коалиции всё ещё были достаточно далеко отсюда, а здешние фермерские угодья не представляли сколько-нибудь большого интереса для стратегических бомбардировщиков.
8.
Артиллерия была представлена лишь противотанковыми пушками Pak40, истребители танков отсутствовали вовсе. Про помощь авиации мы успели уже забыть, и было неизвестно, оставался ли хоть один аэродром в руках наших войск.
9.
В небольшом лагере на парковой опушке нас наконец-то ждал небольшой отдых и ужин. Как видно, запасов провизии здесь хватало, и ни у кого уже не оставалось намерений сохранять её на длительное время.
10.
Создалось странное чувство, как будто, мы пришли сюда, спасаясь от войны и привели её за собой. Здесь были и воронки от взрывов и покореженная снарядами техника и мёртвые солдаты, но оставшиеся в живых как будто не замечали всего этого, ходя туда-сюда, не пригибаясь, сидя вне окопов или заснув на припекающем солнце.
11.
Как будто боги войны утомлялись бесконечным сражением и ложились на отдых, запрещая орудиям стрелять, а войскам наступать. Возможно, где-то позади нас стабилизировался фронт, и нас ждут еще один спокойный день, а может, и два. Стабилизировался... Когда-то, зимой 1941-го, я читал это слово в сводках, касающихся операции "Тайфун", ставившей задачей захват Москвы. Интересно, теперь, когда войска американцев с запада и русских с востока разрывают Рейх на части, сжимая кольцо вокруг Берлина, уместно ли применять по отношению к фронту слово "стабилизировался"?
12.
Многие поддавались этому "мирному" настроению, прогуливались в лесу в поисках подходящего дерева для костра или же просто созерцая красоту приальпийских лесов.
13.
14.
И лишь в организованном в блиндаже штабе царило напряжение. Радисты и шифровальщики отчаянно пытались собрать сведения о перемещениях вражеских войск, но те поступали всё в меньшем объеме. Кольцо сжималось...
15.
Среди солдат ходили слухи, что русские уже в Берлине, а фюрер застрелился в своем бомбоубежище, но они продолжали оставаться неподкрепленными официальными заявлениями слухами.
16.
Порядок был ключевым словом, даже в этой обстановке. Офицеры совещались и отдавали приказания, которые тотчас же исполнялись. Армия продолжала оставаться армией даже в минуты сложнейших испытаний в её судьбе.
17.
18.
Многие пытались в эти тягостные минуты прикоснуться к самым светлым моментам своей жизни, читали письма родных и разглядывали их фотографии, заботливо упакованные в конверты и грубую бумагу. Лица на снимках дарили улыбку и открывали дверь к воспоминаниям, греющим сердце и надежде.
19.
Но многие прекрасные воспоминания открывались и без фотографий. Более того, события эти происходили даже не в мирное время, а в период этой проклятущей войны. Холодной весной 1943 года, посреди распутицы и ненастий и постоянных перемещений нашего полка вдоль фронта, в один прекрасный вечер в расположение к нам спустились с небес три белоснежных ангела, и у каждой в руке была скрипка. Никогда не забыть мне ту импровизированную сцену из платформы грузового Опеля, и те мелодии, сыгранные для нас безымянными немецкими девушками.
20.
Каких только произведений не было исполнено ими за эти несколько часов. И классические композиции, и кое-что из солдатского репертуара. И, конечно, гимн!
21.
Но более всех тронула, конечно, «Лили Марлен»… Любимейшая, трогательная мелодия! Наверное, вся армия выучила её в 1941. Да что там армия, если «Лили Марлен» слышится даже с английских окопов! Был ли министр Пропаганды в здравом уме, когда призывал запретить эту мелодию, мне неведомо, но я посмотрел бы на его лицо, во время исполнения «Лили» в ту ночь, когда каждый, кто слышал исполнение трёх скрипачек представлял себя у той самой казармы, у того самого фонаря…
