![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
newsparkyНа работе пылится журнал DFoto №6, 2008. Неплохой наш украинский журнал был, но давно уже почил в бозе. К моему стыду, в этом номере я только картинки и листал. Решил исправиться и прочел интервью с фотографом Максом Агилера-Хелльвег. Фотографии, те которые в журнале, не впечатлили, слишком сложно для меня, но понравилось его мнение о пленке и второй профессии. Эти выдержки и представляю вашему вниманию...
фото отсюда
- Макс, нам известно, что вы снимаете исключительно на пленку. Ваше отношение к экспансии цифровых технологий? О - наболевшем...
- Единственная проблема состоит в том, что «цифра» практически уничтожила производство пленки и фотобумаги. Есть хорошая поговорка: «Не выплесните ребенка вместе с пеной» - в этом случае мы наблюдаем схожую ситуацию. Представьте, к примеру, художников, которых заставляют создавать картины исключительно с помощью ксерокса или которые не могут купить в магазине ни кисти, ни холста, а только баллончик с краской. Я считаю, что каждому, кто хочет лучше узнать кухню фотографии, полезно будет разобраться в процессах проявки и печати. Даже если это касается только черно-белых материалов - вы все равно узнаете много нового и интересного о свете. Трудности, возникающие при печати, учат правильно оценивать свет и экспонировать кадр. В «темной комнате» постигаются тонкости освещения. Время, проведенное в ней, обязательно отражается на качестве работ. Понятно, что печать в этом случае не является самоцелью, она - один из инструментов фотографии.
Когда-то в Нью-Йорке был магазинчик под названием Ken Hansens, в то время в нем отоваривалось много профессиональных фотографов. Там можно было купить уникальное оборудование: hi-end камеры, хорошую оптику - все то, что был способен себе позволить только состоявшийся фотограф. Посетив этот магазин в 1995 году, в маленькой комнатке, расположенной по соседству с отделом осветительных приборов, я впервые увидел цифровую камеру. Тогда мне показались несерьезными слова продавца, который сказал, что скоро «цифра» получит такое же распространение, как и пленка. «Это невозможно», - подумал я, - никогда такого не будет!»
В те дни я работал с большим форматом и только начинал получать медицинское образование. На протяжении следующих десяти лет я продолжал снимать, но в силу того, что учеба требовала много времени, занимался этим все реже и реже. В 2006 г., когда я решил опять всецело отдаться фотографии, у меня появилось ощущение, что эти годы я пробыл в коме и очнулся совсем в другом мире - в реальности, где уже почти не существует лабораторий, обрабатывающих пленку по процессу Е6, где пленку, на которую я снимал, очень трудно достать, где Kodak, Agfa и Ilford больше не производят мою любимую фотобумагу, где магазины, раньше с таким трудом вмещавшие покупателей, пустуют или вообще закрыты. Что тут говорить, я увидел, что «цифра» за это короткое время проделала огромнейшую работу.
И тем не менее я продолжаю использовать большой формат, продолжаю снимать на пленку, но не исключено, что вскоре придется перейти на цифровые технологии. Не потому, что мне хочется использовать достижения современной электроники, но исключительно из-за необходимости - поскольку я больше не смогу купить пленку, не смогу проявить ее, не смогу провезти через эту долбаную охрану аэропорта, которая после событий 11 сентября норовит расковырять все, что попадет в руки.
Объясните мне, как «цифра» сможет заменить Polaroid 55 или хотя бы уподобиться моему любимому формату 4x5? Плевать я хотел на все эти электронные прибамбасы! За одну съемку я делаю не больше пяти кадров, к чему мне это?
- Почему вы решили параллельно освоить профессию врача?
- Я никогда не планировал поступать в колледж и решился на этот шаг только тогда, когда мне исполнилось тридцать пять. Теперь я доктор медицины. Ценность ученой степени заключается для меня не в том, что она дает какие-то жизненные блага - прежде всего мне был важен доступ к медицинским исследованиям. Желание получить диплом врача возникло после того, как мне поручили сфотографировать нейрохирурга во время операции - тогда я впервые увидел, как человеку пересаживают спинной мозг. Впечатления того дня были настолько сильными, что даже сегодня мне трудно описать их словами. На то время я работал фотографом и журналистом уже на протяжении нескольких лет и старался избегать заданий, в результате которых чувствовал себя опустошенным. Это была не депрессия, не чувство одиночества, но что-то, о чем я не мог забыть. Однажды в Перу мне поручили снимать Марио Варгаса Льосу - писателя, выдвинувшего свою кандидатуру на президентские выборы. Фотографируя его для агитационного плаката, я ощутил старое, только мне знакомое чувство. Я осознал, что хочу быть на его месте. Нет, не в буквальном смысле баллотироваться на пост перуанского президента и вместо него стоять перед своей же камерой, но являться первичным носителем опыта. Ведь я был фотографом - путешественником, который всегда снимает людей, обладающих каким-то знанием. Несомненно, я тоже приобретал опыт, но человек в моем видоискателе представлял собой его первичного обладателя. Тогда я понял, чего мне не хватает, и взялся за изучение хирургии. До меня дошло, что теперь я не только смогу снимать парней, которые спасают людям жизнь, но и сам буду одним из них. Став хирургом, я получил возможность фотографировать врачей и лечить одновременно. Вот зачем мне это было нужно!
Сайт фотографа: maxaguilerahellweg.com
фото отсюда
- Макс, нам известно, что вы снимаете исключительно на пленку. Ваше отношение к экспансии цифровых технологий? О - наболевшем...
- Единственная проблема состоит в том, что «цифра» практически уничтожила производство пленки и фотобумаги. Есть хорошая поговорка: «Не выплесните ребенка вместе с пеной» - в этом случае мы наблюдаем схожую ситуацию. Представьте, к примеру, художников, которых заставляют создавать картины исключительно с помощью ксерокса или которые не могут купить в магазине ни кисти, ни холста, а только баллончик с краской. Я считаю, что каждому, кто хочет лучше узнать кухню фотографии, полезно будет разобраться в процессах проявки и печати. Даже если это касается только черно-белых материалов - вы все равно узнаете много нового и интересного о свете. Трудности, возникающие при печати, учат правильно оценивать свет и экспонировать кадр. В «темной комнате» постигаются тонкости освещения. Время, проведенное в ней, обязательно отражается на качестве работ. Понятно, что печать в этом случае не является самоцелью, она - один из инструментов фотографии.
Когда-то в Нью-Йорке был магазинчик под названием Ken Hansens, в то время в нем отоваривалось много профессиональных фотографов. Там можно было купить уникальное оборудование: hi-end камеры, хорошую оптику - все то, что был способен себе позволить только состоявшийся фотограф. Посетив этот магазин в 1995 году, в маленькой комнатке, расположенной по соседству с отделом осветительных приборов, я впервые увидел цифровую камеру. Тогда мне показались несерьезными слова продавца, который сказал, что скоро «цифра» получит такое же распространение, как и пленка. «Это невозможно», - подумал я, - никогда такого не будет!»
В те дни я работал с большим форматом и только начинал получать медицинское образование. На протяжении следующих десяти лет я продолжал снимать, но в силу того, что учеба требовала много времени, занимался этим все реже и реже. В 2006 г., когда я решил опять всецело отдаться фотографии, у меня появилось ощущение, что эти годы я пробыл в коме и очнулся совсем в другом мире - в реальности, где уже почти не существует лабораторий, обрабатывающих пленку по процессу Е6, где пленку, на которую я снимал, очень трудно достать, где Kodak, Agfa и Ilford больше не производят мою любимую фотобумагу, где магазины, раньше с таким трудом вмещавшие покупателей, пустуют или вообще закрыты. Что тут говорить, я увидел, что «цифра» за это короткое время проделала огромнейшую работу.
И тем не менее я продолжаю использовать большой формат, продолжаю снимать на пленку, но не исключено, что вскоре придется перейти на цифровые технологии. Не потому, что мне хочется использовать достижения современной электроники, но исключительно из-за необходимости - поскольку я больше не смогу купить пленку, не смогу проявить ее, не смогу провезти через эту долбаную охрану аэропорта, которая после событий 11 сентября норовит расковырять все, что попадет в руки.
Объясните мне, как «цифра» сможет заменить Polaroid 55 или хотя бы уподобиться моему любимому формату 4x5? Плевать я хотел на все эти электронные прибамбасы! За одну съемку я делаю не больше пяти кадров, к чему мне это?
- Почему вы решили параллельно освоить профессию врача?
- Я никогда не планировал поступать в колледж и решился на этот шаг только тогда, когда мне исполнилось тридцать пять. Теперь я доктор медицины. Ценность ученой степени заключается для меня не в том, что она дает какие-то жизненные блага - прежде всего мне был важен доступ к медицинским исследованиям. Желание получить диплом врача возникло после того, как мне поручили сфотографировать нейрохирурга во время операции - тогда я впервые увидел, как человеку пересаживают спинной мозг. Впечатления того дня были настолько сильными, что даже сегодня мне трудно описать их словами. На то время я работал фотографом и журналистом уже на протяжении нескольких лет и старался избегать заданий, в результате которых чувствовал себя опустошенным. Это была не депрессия, не чувство одиночества, но что-то, о чем я не мог забыть. Однажды в Перу мне поручили снимать Марио Варгаса Льосу - писателя, выдвинувшего свою кандидатуру на президентские выборы. Фотографируя его для агитационного плаката, я ощутил старое, только мне знакомое чувство. Я осознал, что хочу быть на его месте. Нет, не в буквальном смысле баллотироваться на пост перуанского президента и вместо него стоять перед своей же камерой, но являться первичным носителем опыта. Ведь я был фотографом - путешественником, который всегда снимает людей, обладающих каким-то знанием. Несомненно, я тоже приобретал опыт, но человек в моем видоискателе представлял собой его первичного обладателя. Тогда я понял, чего мне не хватает, и взялся за изучение хирургии. До меня дошло, что теперь я не только смогу снимать парней, которые спасают людям жизнь, но и сам буду одним из них. Став хирургом, я получил возможность фотографировать врачей и лечить одновременно. Вот зачем мне это было нужно!
Сайт фотографа: maxaguilerahellweg.com
no subject
Date: 18/06/2014 12:17 (UTC)